1.  Ермолай Лопахин  — сын и внук крепостного. Ему в память до конца жизни, наверное, врезалась фраза, сказанная Раневской избитому отцом мальчику: «Не плачь, мужичок, до свадьбы заживет...» Он ощущает на себе словно несмываемое клеймо от этих слов: «Мужичок... Отец мой, правда, мужик был, а я вот в белой жилетке, желтых башмаках... а если подумать и разобраться, то мужик мужиком...» Лопахин глубоко страдает от этой двойственности. Всеми силами он стремится стереть грань, отделяющую его от «господ». Он единственный, кто появляется на сцене с книгой. Хотя потом он и признается, что ничего в ней не понял.
В Лопахине есть черты хищного зверя. Деньги и власть, приобретенная вместе с ними («За все могу заплатить!»), калечили и не таких как Лопахин. Вот он только что самокритично признаётся: «Со свиным рылом в калашный ряд... Только что вот богатый, денег много, а ежели подумать и разобраться, то мужик мужиком...» И тут же пытается наставлять Дуняшу: «Очень уж ты нежная, Дуняша. И одеваешься, как барышня, и причёска тоже. Так нельзя. Надо себя помнить». Таким образом, приведённая сцена ещё раз подтверждает, что в характере Лопахина уживаются внутренние противоречия.
2.  А. П. Чехов определил «Вишнёвый сад» как комедию.
Комедийный жанр пьесы «Вишневый сад» Чехов старался передать множеством приемов. Например, в приведённой сцене комичной является неуклюжесть Епиходова, комично то, что комната, в которой уже давно не живут дети, всё еще называется детской. Авторское определение жанра «Вишнёвого сада» просматривается в расхождениях: в характерах самих героев пьесы внешний облик расходится с внутренним содержанием  — Лопахин сознаётся: «Отец мой, правда, мужик был, а я вот в белой жилетке, жёлтых башмаках. Со свиным рылом в калашный ряд... Только что вот богатый, денег много, а ежели подумать и разобраться, то мужик мужиком...» Да и Дуняша одета не как прислуга. «Очень уж ты нежная, Дуняша. И одеваешься, как барышня, и причёска тоже. Так нельзя. Надо себя помнить»,  — замечает Лопахин.
Конечно, проблематика пьесы вовсе не комическая. Грустно становится от того, что рубят сад, от того, что старого, верного Фирса забыли в заколоченном доме, и даже от того, что прежние хозяева сада оказались до смешного ничтожными и несостоятельными, а новые не внушают доверия. Вот уже действительно смех сквозь слёзы! Вряд ли можно назвать такое произведение комедией.
Для Чехова страдания его героев  — это всего лишь отражение слабых неу = вешенных характеров людей, не склонных к глубокому осмыслению происходящего и неспособных на глубокие чувства. Действительно, характеры чеховской пьесы во многом комичны. Вот почему спор о том, можно ли назвать «Вишнёвый сад» комедией, продолжается до сих пор. Я же склонен рассматривать пьесу все-⁠таки с точки зрения проблематики и поэтому не могу согласиться, что «Вишнёвый сад»  — комедия.